?

Log in

Лея Халанай
20 November 2020 @ 12:20 am
Это сообщение будет висеть наверху. Если вы хотите со мной связаться или о чем-то спросить, удобнее всего это сделать тут. Комментарии скринятся.
 
 
Юрий Югансон


Продолжаю показывать вам фотографии Севастополя с высоты полёта на воздушном шаре. Пришло время показать вам центр города. Вы знаете, я был в серьёзном замешательстве. Дело в том, что все севастопольские холмы я исходил вдоль и поперёк. Знаю все подъёмы и спуски. Город у нас непростой для прогулок - рельеф местности достаточно сложный. А, пролетая над городом на высоте 300 метров, я совсем не ожидал увидеть город практически плоским. Из-за этого порой не мог быстро сориентироваться и найти известные всем места, памятники и здания. Да вы сейчас и сами легко в этом убедитесь.

Read more...Collapse )
 
 
Лея Халанай
02 July 2017 @ 08:49 pm
Если вам случилось провалиться,
То скорей ложитесь поваляться.
Можно просто в уголок забиться,
Можно медитацией заняться.

"А когда придет бразильский крейсер,
Лейтенант расскажет вам про гейзер".
И тот люк, что кажется провальным,
Будет точно не таким печальным.

Если вам случилось провалиться,
Можно с другом люком поделиться.
И тогда на пару с лучшим другом
Наслаждаться вместе этим люком.

Если же вас все это достало,
Дайте денег на ремонт провала.
Или же летите за Урал,
Там в провале озеро Байкал.
 
 
Лея Халанай





fryusha wrote in 3_porosenka








3 поросёнка и 33 богатыря

Однажды трое поросят -
Наф-Наф, Нуф-Нуф,Ниф-Ниф -
Пошли, куда глаза глядят:
На море, на прилив.

Такая уж случилась блажь:
Пошли на дикий пляж,
Где нет спасателей, а дно
Ужасное давно!

Но тридцать три богатыря
И с ними Черномор
В тот чёрный день календаря
Отправились в дозор.

И видят сквозь морскую муть
И сквозь служебный гриф,
Что рядом с ними утонуть
Пытается Ниф-Ниф!

Воскликнул дядька Черномор:
- Бездействие - позор!
Вон за буйком плывёт Наф-Наф -
Скорей берите штраф!..

И мое продолжение:

Но слышит он: "Конечно, босс!
Мы штраф с него возьмем,
Но вряд ли скоро до буйка
В кольчугах доплывем".

Сказал старшой: "Вон там, в воде
В трех метрах, вижу я,
Для штрафа подойдет вполне
Такая же свинья.

И если нам прикажет босс,
Так далеко не плыть,
Спасем мы ближнюю свинью,
Чтоб деньги получить".

И вот Ниф-Ниф уже спасен,
И им уплачен штраф.
И возвратился от буйка
Сияющий Наф-Наф.

Нуф-Нуф в панаме и очках
Глядит на поросят.
Никто не должен знать, что он
Позвал погранотряд.



 
 
Лея Халанай
17 June 2017 @ 08:56 pm
Прочитала в ЖЖ: "Отдается подписка Джека Лондона, Конан Дойля, велосипедный шлем. За горький шоколад".
Почему то сразу всплыло: "Отдается горький опыт за горький шоколад".
Горько!
 
 
 
Лея Халанай
10 June 2017 @ 11:32 pm
Оригинал взят у ottikubo в Шма, Исраэль
Какая-то высокотехнологичная фирма из Европы вынуждена поддерживать тесные отношения с несколькими израильскими СТАРТ-АПами. Ничего не поделаешь - интересы бизнеса. С психологической точки зрения это оказалось для ее сотрудников довольно мучительно. Фирма - не будь дура - наняла соответствующего психолога, который составил для северных европейцев, участвующих в переговорах с израильтянами, внятную инструкцию, как им следует себя вести, чтобы лучше понимать партнера и, соответственно, добиться лучших результатов. Я нашла в этом документе захватывающие куски. Не могу не поделиться. Израильтяне меня поймут абсолютно.

Первое, что поражает иностранца - непосредственность. Например, беременную израильтянку можно погладить по животу и лукаво спросить, кто там сидит и как его назовут. В ответ она не залепит пощечину и не обвинит в  сексуальных домогательствах, а подробно расскажет, о поле и возрасте ребенка, а может и посоветуется насчет имени.
Иностранец в полуобмороке.

Это же случается на производственных совещаниях. В разных вариациях. Кому-нибудь из участников может позвонить мама и он обсудит с ней ее анализы и даст рекомендации по борьбе с запором. Или участник совещания  сам может, извинившись, позвонить домой и расспросить, не стало ли хуже  кошке.  И тут же поделиться с товарищами  признаками улучшения ее состояния. Дело терпит. Могут рассказать (и обязательно расскажут) о проказах детей. Допустимо поинтересоваться у собеседника, еврей ли он, соблюдает ли шабат и какого рода кашрут считает для себя необходимым. А также, ест ли свинину.
Единственное, о чем не принято говорить, это о политике. Правые и левые не начнут скандалить на планерке. Вероятно потому, что такому спору не бывает конца, и производственные задачи не будут выполнены.

Приезжий должен быть готов к тому, что его могут и не представить присутствующим. Такое шокирующее поведение коренится в детстве хозяина фирмы, или ответственного за контакты с партнерами. В израильской школе новичка не представляют классу, чтобы не смущать, а просто сажают на свободное место. Там он знакомится с ближайшими соседями и постепенно вливается в коллектив. То же может произойти с человеком, первый раз посетившим незнакомую фирму. Ему предоставят самому сориентироваться и дать понять аборигенам, кто он такой и с какой целью их посетил.

Следующее о чем предупреждают пришельца - это отсутствие видимой субординации. Если за столом сидит десять человек, посторонний никогда не определит, кто из них босс. Начальник не сидит во главе стола. Не одет в костюм с галстуком. Не говорит весомее других. Остальные называют его по имени и на "ты" - что поделаешь - другого местоимения для этих целей нет. Если кто-нибудь заговорит по телефону, начнет отправлять СМС или хихикать над фотографией из Фейсбук, начальник, скорее всего, не сделает ему замечания и не обнаружит себя даже таким хитроумным способом. Особо отмечено, что женщины-начальницы одеваются более чем неформально. Шведов просят соблюдать спокойствие.

Иностранцу следует иметь в виду, что если его перебили во время ключевой фразы о целях и задачах проекта, то не следует оскорбляться, вызывать такси и ехать в аэропорт. Напротив, он должен договорить все, что сумеет, до конца и, в свою очередь, может перебить собеседника во время его ответа. Израильтянин нисколько не обидится. Даже наоборот, проникнется чувством, что его слова очень интересны и важны для собеседника, так что он не может отложить свою
реакцию даже на несколько секунд. Все в порядке. Это не базарная склока, где никто никого не слушает, а продуктивное вежливое обсуждение в израильском вкусе. В ходе которого собеседник может проявить исключительно пылкие эмоции: расстроиться чуть ли не до слез; развеселиться до громкого смеха или пересечь физическую границу личной неприкосновенности собеседника, хлопнув его по плечу.

На переговорах важно помнить, что если израильтянин сказал "Нет" - это не означает отказа. Он ждет дополнительных доводов и продолжения уговоров. Возможно, следующая его реплика будет: "Ну, посмотрим..." Не надо видеть отказа от переговоров и в том, что хозяева вообще не пришли. Следует терпеливо ждать - вероятно они опоздают. Ничего особенного. Ну, допустим, договорились на десять... А что, пол одиннадцатого  будет уже поздно? Не делайте из мухи слона...

Теперь несколько слов уже не из инструкции, а от меня лично. Обратите внимание: несмотря на ужасную психологическую перегрузку, ощущение полного хаоса и видимое отсутствие у нас самых базовых элементов цивилизованного поведения, они к нам едут и покупают наши идеи на миллиарды долларов.

Dixi.

Йялла, бай!
 
 
Лея Халанай
Когда-то давно я работала в одном вскорости почившем русском журнале, и был такой проект "Заметки из окна тус-туса". Тус-тус - это мотороллер, на них обычно гоняет молодежь, не накопившая еще на кадиллак, или пожилые байкеры, не накопившие на "Харлей Дэвидсон" или "Дукат". Так что, окна у тус-туса широкие - до самого горизонта, и видно из них все низко и близко - не то, что из кадиллака или, сажем, вертолета. Проект благополучно почил вместе с журналом, но вдруг я о нем сегодня вспомнила, благодаря, как обычно, моим дорогим друзьям из ЖЖ, а конкретно rivka_ch
Вот один из эпизодов, который не могу забыть уже много-много лет - пятнадцать или больше.
Еду я как-то, как обычно, из Йегуда в Тель-Авив, в самый центр, на работу. Пересаживаюсь на 16-ю маршрутку в Южном Тель-Авиве. А маршрутка идет через шхунат А-тиква, то есть в переводе - квартал надежды. Население этого квартала складывалось в 50-е годы из новых репатриантов с востока - из Марокко, Ирака, Турции и т.д. и т.п. Здесь шумно, весело, громко, бесцеремоно. Здесь вас нежно назовут "мотек" (сладкая) и "нешама" (душенька), а еще "капара" (что-то типа - искупление, но нежно) - и никогда строго "гверет" (мадам)...

Видели ли вы театр, как встречаются две маршрутки на шук (базар) А-Тиква в Тель-Авиве?
О! Вы не видели, как встречаются две маршрутки на шук А-Тиква в Тель-Авиве!
Встречаются набитые до отказа...
Набитые возвращающимися с шука нагруженными женщинами - с очень светлыми волосами и очень черными бровями...
С присевшими в проходе молодыми и жизнерадостными парнями, покрытыми густой черной шерстью...
Встречаются на узкой дороге рядом с шуком, где разъехаться как раз двоим - третьему места нет...
Встречаются на узкой дороге, где никто не смотрит на знаки перехода, и все идут своей дорогой через эту самую узкую дорогу...
В общем, встретились!

- Моше, ты был вчера на свадьбе?
- У Йоси?
- У Йоси.
- Был.
- А Ицика видел?
- Не видел.
- Так тебе от него привет!

Пассажиры ждут (в 2-х машинах), быстро образуется пробка впереди и сзади по обоим направлениям...

- Привет? Так я его уже утром видел!
- А где ты его видел?
- Так он шел в свою фалафельную - открывать.
- Так рано?
- Он всегда так отрывает.
- А со свадьбы когда ушли?
- Поздно.
- Трудно ему было, наверное...
- А мне? Мне не трудно? Я уже в машине сидел, пассажиров возил!
- И тебе тоже трудно... И мне...
- Но свадьба была хорошая.
- Веселая.
 Как жених танцевал!
- А как его на руках носили!

Пассажиры ждут, не ругаются - понимают. Очень важно обсудить вчерашнюю свадьбу. Многие на ней тоже были и присоединяются к беседе.

- Моше, а ты моего Шмулика там видел?
- А вы тоже были?
- Были, а как же! Жених - двоюродный брат жены троюродного брата моего Шмулика. Как не быть?
- А, я не знал. Тогда, конечно...

Начинают очень громко гудеть те, кто стоит в двух пробках - туда и обратно.

- Ладно, мотек, пора ехать, народ волнуется.
- Пора, нешама, пора.
- Встретимся на тахане (в данном случае - конечная остановка маршруток)!
- Встретимся на тахане. Ты раньше будешь, сделай мне кофе.
- Остынет.
- Да, остынет... Ну, поехали!

Маршрутки разъезжаются в разные стороны. У всех хорошее настроение - и у водителей, и у пассажиров. И даже те, кто вовсю гудел в пробке, уже движутся с приличной скоростью, едут своей дорогой. Шумит шук А-Тиква, заходят в проход между прилавками граждане с пустыми сумками-тележками, а выходят - с полными.
И солнце светит, и день только начинается,и вечер еще не скоро, а значит - жизнь продолжается, и она прекрасна!
 
 
 
Лея Халанай
Поскольку мы сейчас дружно выходим из Египта, решила повторить старую запись о том, как вышли мы из страны северной с большим имуществом.
Багаж, который мы сдавали в Питере и получали в Црифине, состоял из одного контейнера. Он был оформлен на мою маму, ז''ל. Там лежали:
4 (четыре) одеяла пуховых, старых, улучшенных новым розовым атласным покрытием, с трудом сшитым при отъезде в каком-то "левом" ателье;
всяко-разно-нужно, типа скороходовских ботиночек и сандаликов, байковых платьицев и колготок всех размеров в соответствии с ожидаемыми потребностями двух растущих организмов;
костюм моегодорогогосупруга - 1 шт., по поводу которого были вопросы на Питерской таможне: "Зачем вашей теще мужской костюм?" ;
отрезы ситцев на халатики, отрезы полотна на простынки, скатерки льняные, тяжеленные, и постельное белье, которое до того пребывало в запасниках нашего музея, на антресолях;
моя мутоновая шубка и три маминых пальто: зимнее, летнее и демисезонное;
здоровенный ящик стирального порошка "Лоск" производства дружественной ГДР;
запас хозяйственного и детского мыла лет на десять
и вязальная машина "Нева".

Пригодились одеяла. Последнее применение им нашла выросшая Женька. Она начала учиться играть на барабанах и засунула наше одеялко в дырку здоровенного барабана, который гудел басом и назывался торжественно и чудно: "бейз-драм". И научилась-таки! А потом барабаны продались вместе с одеялком.

Ботиночки и платьица пошли на выброс после того, как мы получили в подарок целые мешки местной одежды и обуви.
Порошок "Лоск" улетел в мусор после того, как очень смуглый, очень большой и очень волосатый мастер, подключая нашу стиральную машину, сказал на иврите: "Только не привозные порошки, иначе испортится". Я поняла и поверила.
Вязальную машину я выкинула со слезами на глазах при переезде на очередную съемную квартиру - лет через двенадцать.
Шубка лежит до сих пор в диване, ждет клиента на север.
Остальное как-то рассеялось, не оставив и следа.

Впрочем, след остается всегда. Осталось странное ощущение, что мы жили в какой-то нереальной реальности - там, и попали совсем в другую нереальную (для нас) реальность - здесь. А потом все устаканилось.

Давно это было...